Где твои дети?

— Ты что здесь делаешь? – Алина нагнулась к девочке, сидевшей на ступеньках.

Маленькая Лиза подняла глаза на женщину. На чумазых щеках были видны следы слез. Грязное платье было разорвано по рукаву, а на босых ногах были одеты резиновые шлепки на пару размеров больше.

— Сижу.

— А почему ты здесь сидишь? Уже поздно, да и холодно здесь, на ступеньках. Почему ты домой не идешь?

— Мне нельзя. Мама ругаться будет.

— Почему?

— Она сказала, чтобы я сидела здесь. Скоро Павлик придет и тогда мне можно будет домой.

Алина в шоке смотрела на девочку. Что происходит? Ребенок маленький, сколько ей на вид? Лет пять, не больше! Сидит на лестнице посреди ночи. На часах было полпервого. Алина сегодня задержалась на работе, потом ездила к бабушке, поэтому возвращалась так поздно.

В этот дом Алина переехала всего два месяца назад. Риелтор расхваливала будущую покупку:

— Здесь буквально все идеально: зеленый тихий район, квартира прекрасной планировки, а главное – замечательные соседи. Вы же понимаете, что покупаем мы как раз их в первую очередь? Разве я вам посоветую что-то плохое? Вы мне потом спасибо не скажете.

 

Где твои дети?

 

Алина ходила по комнатам и думала — стоит ли? Это была ее первая серьезная покупка и самая главная. Если все пройдет удачно, то уже через пару дней она съедет от бабушки, благо та будет в двух шагах и именно поэтому квартира нужна здесь, в этом районе, и начнется, наконец, ее самостоятельная жизнь.

«Возможно с Максимом»…

Пока это были только робкие мечты, ведь встречались они всего ничего – пару месяцев. На новогоднем корпоративе к Алине подошел симпатичный парень и в лоб спросил:

— У вас есть вторая половина?

— Нет, пока, я еще неополовинена, — рассмеялась Алина.

— Не может быть, чтобы у такой красивой девушки никого не было.

— Представьте себе такой кошмар. Девушке некогда было крутить романы, девушка очень много училась, чтобы получить работу своей мечты.

— Удалось?

— А то! Пока я всегда добивалась того, чего хочу.

Алина опустила глаза и взяла со столика свой бокал. Ресницы дрогнули и только это выдало ее мысли:

«Ох, бабушка, как же ты была права и не права одновременно. Надо было добиваться, но и о себе забывать было не нужно. Не умею я ничего, даже флиртовать не научилась. Ведь пока другие девчонки это делали, я сидела, уткнувшись в учебник».

Максим остался возле нее на весь вечер. Они болтали, смеялись и выяснилось, что им нравится одна и та же музыка, кино, только на литературу взгляды немного разошлись, но нашлись и здесь точки соприкосновения. В какой-то момент Алина поняла, что ей легко общаться с этим молодым человеком. А ее подружка и, по совместительству, коллега, Ирка шепнула ей, когда они пошли попудрить носики:

— Это же зам новый. А ты – молодец! Я его немножко знаю, он работал раньше на конкурентов. Хороший парень, на удивление порядочный, что редкость в нашей сфере, ты знаешь. Поэтому генеральный его и сманил. Хочет рядом иметь кого-то, кому можно доверять.

— А как же бывшие работодатели?

— Он на отца работал. Решил попробовать сам.

— Вон оно что… — Алина задумалась.

— Даже не думай, вперед! – Ирка подмигнула подруге и помчалась искать своего мужа Артема, который работал начальником охраны в этой же фирме.

Алина с Максимом начали встречаться и все дело шло к серьезному роману.

Алина еще раз посмотрела на ребенка и спросила:

— В какой квартире ты живешь?

В глазах девочки заплескался страх:

— Не надо, пожалуйста! Мама сильно ругаться будет. Я не буду сидеть на ступеньках, я буду стоять.

Лиза встала и прислонилась к перилам. Она устала и замерзла. Кроме того, она весь день ничего не ела. Сейчас вернется от бабушки Павлик, старший брат, и может быть принесет ей что-то поесть. Бабушка всегда что-то, да передавала младшей внучке.

— Так не годится! – Алина достала телефон. – мне придется позвонить в полицию. Ты должна спать сейчас в своей кроватке, а не торчать на лестнице.

— Не надо в полицию! – сзади раздался мальчишеский голос.

Алина обернулась и увидела мальчика, лет восьми, который стоял на пару ступенек ниже.

— Пожалуйста! – он повторил уже тише. – Не надо звонить! От этого будет только хуже. Мы пойдем домой, ладно?

Алина смотрела, как он взял за руку сестру и двинулся к следующему пролету на лестнице.

— Подожди! Павлик, да?

Мальчик кивнул.

— Я живу вот в этой квартире. Если вдруг такое случиться, что вам нужна будет помощь – придете ко мне, хорошо?

Мальчик молча смотрел на Алину.

— Я не буду звонить в полицию. И вообще куда-то, пока ты не разрешишь. Но, покормить вас и постирать вещи, я могу. Ты понимаешь?

— Да! Только нам ничего не надо, у нас все хорошо! – последние слова Павлик почти выкрикнул, дернул сестру за руку и потянул за собой.

Алина проводила детей взглядом и вздохнув, открыла дверь в свою квартиру. Грей кинулся к ней, громко мяукая и выражая свое возмущение.

— Все, не ругайся, я уже дома!

Маленького, полузадушенного дворовыми собаками котенка, она подобрала, а точнее отобрала у тех самых собак, два года назад и, выслушав целый вагон упреков от бабушки, почти силой оставила себе. За это время тщедушное тельце вымахало в огромного пушистого кота, который считал Алину своей собственностью.

— Конечно, это я у тебя живу, а не наоборот, все правильно, ругайся! – смеялась она, гладя как возмущенно «высказывает» ей Грей.

Но это возмущение было лишь показухой, так как никого и ничего на этом свете кот не любил так, как Алину. Когда она была дома, он становился ее второй тенью и не давал ей даже закрыть двери в ванную.

— Интересно, как я Максима сюда приведу, ты ж его съешь…

Алина покормила кота, выпила чаю и пошла спать. Завтра был сложный день, предстояла сдача большого проекта.

Утром она прогревала машину во дворе, когда увидела идущего по двору председателя ТСЖ. Алина заглушила двигатель и выскочила из машины.

— Геннадий Аркадьевич, здравствуйте! Можно вас на минутку?

— Здравствуйте! А вы…

— Алина, мы с вами встречались, когда я приходила документы оформлять.

— Точно! Слушаю вас, что-то случилось? Помощь нужна?

— Не мне. В моем подъезде, на этаж выше или дальше, живут дети? Мальчик, зовут Павликом и девочка, лет пяти.

Геннадий Аркадьевич вздохнул:

— Да, живут, к сожалению. Это дети Светланы Лебедевой.

— Почему они в таком виде и почему вчера вечером я нашла девочку на лестнице посреди ночи?

— Алина… Я могу вас так называть? Вы моложе меня, так что я уж по-простому, ладно? – Алина кивнула. – Понимаете, сложно там все. Светлану все жалеют, она живет здесь с самого рождения, весь дом ее знает. Год назад у нее погибли в аварии родители и муж со старшей дочкой. Горе страшное! Она не выдержала, сорвалась. Уж сколько ее и просили, и уговаривали, ведь дети остались – ни в какую. Соседи жалеют ребятишек, подкармливают, да только скоро, видно, придется в опеку звонить. Не будет там толку. Она никого не слышит. Плохо дело.

— Понятно… А, я могу с ней поговорить?

— Да сколько угодно. 45 квартира. Только вы к ней после обеда приходите. Она как раз отоспится, а к вечеру компания собираться начнет, так что это самое время будет.

Алина поблагодарила и поехала на работу.

Проведя презентацию к проекту и выслушав все положенные похвалы и замечания, она пошла с Максимом выпить кофе в столовую.

— Как дела? Ты что-то грустная? Или мне кажется?

— Не кажется.

Алина вкратце рассказала Максиму о том, что произошло вчера.

— А почему ты решила, что тебя это касается? Зачем тебе лезть в чужую жизнь? Это их проблемы, не твои. Пусть мать сама решает свои вопросы, а не может – о детях позаботится государство.

Алина внимательно посмотрела на Максима.

— Может быть потому, что в свое время ко мне отнеслись вот так неравнодушно. Но, я не хочу сейчас об этом. Так ты считаешь, что я не должна вмешиваться?

— Конечно, нет. У тебя своя жизнь, у них — своя, никак с твоей не связанная. Я считаю, что не надо совать нос в чужие дела.

«Не суй нос в чужие дела»…

Именно так сказали тете Маше все соседи и родственники, когда она кормила маленькую голодную девчонку, до которой матери, думающей только о бутылке, не было никакого дела.

Именно тетя Маша поставила на уши участкового и заставила его принимать меры, чтобы ребенок оказался где-то далеко от убитой однушки, в которой круглыми сутками гудели пьяные компании.

Именно тетя Маша нашла бабушку по отцу, с которым мама маленькой Алины разорвала все связи и уговорила взять опеку над внучкой.

«Спасибо тетя Маша, за ваш нос и за то, что вы его сунули в мою жизнь!»

Тети Маши уже не было. Год назад Алина поставила ей памятник и ездила раз в несколько недель проведать и рассказать про свои проблемы. Ей казалось, что тетя Маша ее слышит, как и тогда, когда Алинка бегала к ней после уроков, чтобы рассказать, как дела, что нового.

Тетя Маша жила одна. Сын уехал на заработки на Север и там обосновался, лишь изредка вспоминая про мать, живущую за тысячи километров. Вспомнив, он писал ей коротенькое письмо-сообщение. А тетя Маша радовалась и этой короткой весточке. Алина быстро поняла, что нерастраченный океан любви, скопившийся в сердце этой женщины, ищет и не может найти выхода. Так и было, пока в ее жизни не появилась маленькая встрепанная девчонка из дома по соседству, которую Маша привела домой поздно вечером, раздетую, в одной тонкой маечке и шортиках, продрогшую на осеннем ветру до синевы и голодную до такой степени, что Маше пришлось убрать тарелку, несмотря на протесты:

— Маленькая, погоди, плохо станет. Давай пойдем искупаемся, потом еще поешь.

Ей было до слез жалко эту малышку с огромными серо-зелеными глазами.

Бабушка Алины согласилась взять внучку к себе и оформить все бумаги, но честно предупредила Машу:

— Если увижу, что она не привыкает, ей плохо, я отдам ее в детский дом. Она столько лет прожила с матерью во всей этой грязи, мало ли что выйдет из этой девочки.

— Вы просто попробуйте дать ей дом, где будет еда, чистая постель и будет тепло. И попробуйте ее немножко любить. Все-таки она ваша!

— Моя ли?

— А вы посмотрите на нее повнимательнее. Я же вижу – ваша копия!

Бабушка хмыкнула, но поневоле присмотрелась к внучке. И спустя какое-то время поняла, что этот ребенок стал ей не чужим, а позже и любимым. Она настояла на том, чтобы Алина училась, помогала, как могла, ей с уроками, а позже договорилась с подругой — директором школы, и та взяла девочку под свое крыло. В первый класс Алина пошла уже полностью подготовленной и училась не хуже, а где-то и лучше других детей.

Успешно окончив школу, Алина поступила в университет. Бабушка болела, но продолжала всячески поддерживать внучку. А после окончания вуза, сказала:

— Алиночка! Тебе пора строить свою жизнь. У меня есть небольшие сбережения и я продала комнату, которая осталась от твоего отца. Жаль, что он не захотел с тобой общаться, но хоть так он тебе поможет, пусть и не напрямую. На первый взнос тебе хватит, а дальше сама. Ты должна жить отдельно, устроить свою личную жизнь.

— Бабушка, ну зачем, разве нам плохо вместе?

— Хорошо, родная, но только для меня. Сюда ты мужа не приведешь, я «старый холостяк», привыкла жить так, как мне удобно, да и ему на такую красоту любоваться незачем. Ты поищи квартиру где-нибудь поближе, тогда сможешь за мной присматривать и свою жизнь устроишь.

На том и порешили.

И вот, сейчас Алина смотрела на Максима, крутила в руках чашку с недопитым кофе и думала, как она могла так ошибиться в человеке.

— Ты извини, я пойду, дел еще много.

— Ладно, мне тоже пора.

Они разошлись в разные стороны по коридору.

После обеда Алина, предупредив начальство, поехала домой, с твердым намерением поговорить с матерью Павлика. По дороге она позвонила в реабилитационный центр, координаты которого дал Артем, муж Иры, по ее просьбе.

— Хорошее заведение. Там мой друг курирует это все. Я позвоню, что сможет – сделает.

— Спасибо, Артем!

— Только, Алина… Там же только с согласия, причем добровольного. Если сможешь уговорить…

— Я попробую.

Она поднялась на этаж выше своей квартиры и постучала в дверь. Долго никто не открывал и она уже подумывала, не вернуться ли позже, как, вдруг, дверь открылась и оттуда выглянула заспанная всклокоченная женщина:

— Вам кого?

— Светлану.

— Это я… А, вы кто?

— Я ваша соседка, Алина.

— А… Чего надо?

— Поговорить.

— Ну заходи, – дверь открылась шире.

Алина вошла в квартиру. За грязью, которая основательно поселилась здесь, было видно, что когда-то тут жили люди, любившие свой дом. Сейчас все пришло в запустение. Пол был грязным до такой степени, что цвет было не угадать. Алина шагнула в сторону кухни и, смахнув с табуретки старую газету, присела.

— Ну, говори, чего пришла?

— Света, а где твои дети сейчас?

Та удивленно уставилась на Алину:

— Гуляют, наверное.

— А они сегодня ели?

— А я откуда знаю? Наверное, ели.

— А как дела у Павлика в школе?

— В школе? – видно было, что Светлане тяжело даже сформулировать мысль. – Нормально, наверное.

Алина поднялась и схватив обеими руками Светлану за плечи сильно встряхнула ее.

— Где твои дети?

— Да откуда я знаю?!

— Зато я знаю. Их забрали, они теперь в детдоме жить будут! Спасибо маме скажут!

— Как в детдоме? – Света растерянно посмотрела на Алину и та, первый раз, увидела за этим пропитым лицом женщину, на которую так похожа была маленькая Лиза.

— Вот так! Они в опасности здесь. Что с ними может случиться, пока мать пьяная спит, кто знает. Или уже случилось.

— Что случилось? – в голосе Светы послышались истеричные нотки.

— А я откуда знаю, это же твои дети, да только ты их на бутылку променяла.

— Я… Я не…

— Что? Не променяла? Расскажи кому-нибудь другому! Ты своих детей ненавидишь?

Светлана окончательно растерялась.

— Ты что такое говоришь?

— Что есть, то и говорю! Почему бросила их? Почему забыла? Ты думаешь, наверное, что было бы лучше, если бы они в той машине были? Вместе с отцом?

Лицо Светланы сморщилось и из глаз хлынули слезы.

Алина быстро достала из сумки бланк согласия и сунула ей в руки ручку.

— Света, слушай меня! Слушай, я сказала! – она снова тряхнула женщину за плечи. – Сама ты не выберешься. Я помогу! Подписывай вот здесь и поехали!

— Да куда, Господи? Что тебе надо от меня?

— Я хочу, чтобы твои дети были счастливы. Они тебя любят, Света, очень любят. Подписывай!

Светлана медленно поднесла ручку к бумаге, а потом подняла глаза на Алину:

— Тебе это зачем?

— Моя мать не смогла. Ты – сможешь! Пиши!

Света поставила подпись. Алина выхватила листок и спрятав его в сумку, схватила Свету за руку.

— Идем!

Посадив ее в машину, она отвезла женщину в центр, где с рук на руки сдала Сергею, другу Артема, который уже их ждал.

— Как тебе удалось? – он легко и сразу назвал Алину на «ты», а та почему-то и не подумала возмутиться, хотя обычно панибратства не терпела.

— Пытками и угрозами.

— Наш человек! Я позвоню.

Алина повернулась к Свете, которая сидела на стуле у стены, ожидая, пока ее проводят и присела на корточки:

— Детей я заберу, они пока у меня побудут. Ничего не бойся и, главное, лечись.

Света лишь устало кивнула.

Дети прожили у Алины больше года, пока Светлана проходила лечение и реабилитацию. Дичились они недолго. Ласковая Алина быстро расположила к себе этих, так рано повзрослевших, но отчаянно мечтавших остаться маленькими, ребят. Даже Грей привык к маленьким ладошкам и охотно подставлял бока под ласку.

Сергей действительно позвонил на следующий день и звонил с тех пор так часто, как только мог. Алина понимала, что нашла ту самую «половинку», про которую когда-то спрашивал ее Максим. С последним отношения сошли на нет, так и не начавшись. Они просто сделали вид, что ничего между ними не было.

Вечером, 31 декабря, Алина поднялась в квартиру Светы и позвонила в дверь.

— Кто там? – звонкий голосок Лизы прозвенел колокольчиком, а следом раздался голос Светы.

— Открой, доченька, это, наверное, Алина. Обещала зайти.

Дверь распахнулась и навстречу Алине вылетела Лиза, повиснув у нее на шее.

— Привет!

— Привет, солнце! Держи! Это тебе, а это Павлику. – Алина протянула пакеты с подарками. – А где он?

— За хлебом побежал, – Света вышла из кухни и подняв руки, обняла Алину, стараясь не коснуться ее кистями. – Руки в тесте!

— Пирог печешь?

— Да. Останешься?

— Нет, — Алина хитро улыбнулась, — у меня другие планы.

— Знаем мы эти планы, — Лиза засмеялась, — на свидание пойдешь с Сергеем.

— Лизавета!

— А что, Лизавета? Ты умная, красивая, и вообще, девушка, что надо! Вот! – Лиза показала большой палец. — Тебе замуж пора!

— Лиза! – хором шикнули женщины.

— Прям и сказать ничего нельзя! — Лиза фыркнула, подхватила пакеты и поскакала в комнату. Затормозив в дверях детской, она обернулась, — Ой! С Новым Годом!

— С Новым Годом! – засмеялась Алина.

 

Источник: nuinu.pro

Оцените пост
Pandda.One
Adblock
detector